Вообще падать в обморок сосет. И не в хорошем смысле слова.
Во-первых, у меня в руках была чашка чая. С молоком. Чай естественно разлился. На ковер из верблюжей шерсти. И впитавшаяся часть скисла и пахнет соответствующе.
Я уже использовала пару средств – хоть бы что. Завтра рано утром урву время и пущу в ход тяжелую артиллерию.
Во-вторых, я ударилась виском о швейную машинку, которую как раз поставила на стол для рукоделия. С машинкой все ок, но у меня здоровый синяк и ссадина.
В-третьих, из-за этого я не пошла на «бросок кобры» (J.I. J.O.E) с Экклстоуном.
А следующий относительно свободный день, который я смогу провести дома, будет через неделю как минимум (но может тогда я смогу сразу сходить и на 9 район , хз)
Ну и в-четвертых, в обморок нужно падать пышноволосым барышням в шелковых косэээтах, а не лысым теткам в рваных джинсах и футболке Iron Maiden. Это как-то нечестно, вот.
Кто бы знал, как я устала от всего этого цирка. Как это все раздражает. Особенно ощущение, что я не могу на это значительно повлиять.
То, что этот месяц я смогла часто отлучаться домой, хоть и было подгажено необходимостью сдавать анализы, но все равно настроение мне подняло оч. сильно. И по крайней мере я выбросила елку (в июле, рекорд йопта) и выгнала из холодильника все, что начало отращивать ноги и избирать парламент.
В планах перед финальным (надеюсь, как же я надеюсь) рывком у меня будет еще пара – тройка свободных дней, хочу побывать у ба на кладбище, покрасить решетки на окнах и сходить на пару фильмов.
Как же раздражает, что из-за этого цирка мне даже выпить нельзя. Семь месяцев – ничего.
Хны.
